Корреспондент @Pavlodarnews.kz сходил на заявленную премьеру «Гроза» по пьесе классика.  

Начало спектакля – это начало конца. Главные действующие персонажи, Борис Григорьевич и Катерина, появляются у реки, куда скоро бросится Катя. Над причалом возвышается ещё один герой – немой и величественно-неизбежный крест. Который несут тут все, каждый по своей силе.

У реки собираются и все остальные: Кулигин, мещанин, часовщик-самоучка, Ваня Кудряш, конторщик купца Дикого, наглядно, на собственной спине, демонстрирующий тяжёлый нрав хозяина, странница Феклуша со своими бабками-приживалками. У каждого своё на уме и в действиях. Кто знаком с произведением, легко бы их узнал, кто не знаком – понимает и так, отдавая должное и режиссеру постановки, и павлодарским актерам. 

Тихон – сын Кабанихи и муж Катерины – совершенно забитое существо мужского пола, которому никак не дано представлять сильных мира сего. Кабаниха – семейный абьюзер в юбке, «любви Божьей не имеет, затерроризировала всех вокруг».

Кроме креста, есть другая отсылка к вечным символам: Варвара, сестра Тихона, соблазняет невестку Катю на грех измены предательским поцелуем, как некогда Иуда поцелуем предает Христа. Да и купец Дикой сначала позволяет себе поцелуи благодарности рук барыни, а потом распаляется во грехе страсти.

И на фоне этого светлую голову главной героини обрамляет венец – не терновый, конечно, – соломенный, но легче от этого не становится. Солома горит хорошо, как человек от стыда.

Повествование жизни здесь тягучее, как гаррота, что в итоге сдавливает хрупкую шею Екатерины. И вот, наблюдая за всем этим, невольно задаешься вопросом: а была ли у Катерины возможность не прийти к тому, с чего начался спектакль? Ведь конец нам показали почти сразу. Осталось только проследить, как именно героиня к нему придет. И в этом есть своя жестокая правда: мы не ждём развязки, мы ждём объяснения неизбежности. 

Катерина здесь не просто женщина, которая оступилась и не выдержала тяжести собственного греха. Она человек, которому тесно в мире, где за него уже всё решили: как жить, кого любить, перед кем каяться, кланяться, валятся в ногах, целовать прах, раболепно молчать и за что расплачиваться.

И если Катя несёт свой крест открыто, то остальные делают это по-своему. Одни прячут его за мнимой праведностью, другие – за домостроительной властью, третьи – за слабостью.

Тихон прячется за собственной беспомощностью, Кабаниха – за порядком и благочестием, Дикой – за деньгами и положением.
У каждого находится оправдание, но ни у кого не находится сил остановиться и посмотреть на происходящее со стороны.

Особенно страшно, что зло здесь не выглядит чем-то исключительным. Оно бытовое, привычное, почти домашнее, как сошедший с ума пёс, время от времени кусающий руку хозяина и лижущий пятки ворам. Оно живёт в наставлениях, в требованиях, в унижениях, в мелочах, которые по отдельности кажутся незначительными. Но именно из них и складывается та самая гаррота, которая медленно затягивается на шее человека. Никто вроде бы не убивает Катерину собственными руками, но каждый понемногу лишает её возможности дышать. Даже Борис Григорьевич прикладывает свою руку.

Крест над помостом становится не просто символом веры, а напоминанием о цене человеческой жизни, о страдании, которое каждый несёт сам и которое порой навязывает другим. Он возвышается над героями, но не спасает их. И, пожалуй, в этом самое горькое: вера присутствует, символы веры присутствуют, а вот любви, милосердия и настоящего сострадания катастрофически не хватает.

В итоге «Гроза» – это не только история Катерины. Это история общества, в котором человек оказывается один на один со своим отчаянием. И когда Катя бросается в реку, это уже не внезапный порыв, а последняя точка в длинном повествовании о том, как человека можно довести до края, продолжая считать себя правым.

Река принимает Катерину, а крест остается стоять над теми, кто продолжает жить. И, возможно, именно это самое тяжёлое в финале: жизнь не останавливается, виновные не обязательно раскаиваются, а чужая трагедия слишком быстро становится всего лишь событием, о котором можно поговорить Феклуше со своими богомолками и забыть. Но забыть не получается.

Премьера «Грозы» в Павлодарском драматическом театре имени Чехова оставляет после себя ощущение не столько трагедии, сколько медленного, почти будничного удушья. И вопрос здесь не в том, почему Катерина не выдержала. Вопрос в том, почему вокруг неё не оказалось людей, с которыми возможно было выжить.