Здесь совсем не так тихо, как можно было бы ожидать. В коридорах разговаривают, в актовом зале проходят концерты и небольшие спектакли. Здесь вяжут, вышивают, поют и сочиняют стихи, передает корреспондент @Pavlodarnews.kz.

В основном в дом престарелых приходят пожилые люди, у которых действительно никого нет. Они искреннее боятся одиночества. А здесь с этим проблем нет – всегда есть с кем общаться. Есть и другая причина, по которой пожилые оказываются здесь. Иногда родственники уже не справляются с человеком, особенно когда возраст и состояние здоровья меняют его поведение.

В этом доме больше двухсот постояльцев – каждый со своей судьбой и наполненной событиями жизнью. Кто-то живет здесь больше сорока лет, кто-то – всего пять. Возраст взрослых людей неоднородный, старше всех 101-летняя постоялица. Она очень плохо слышит, уже не двигается, но, по словам сотрудников, сохраняет ясность ума. 

Дом престарелых не обязательно становится последним адресом человека. Например, Галина Сергеевна после смерти дочери, которая сама имела инвалидность, тоже оказалась здесь. До этого она 17 лет стояла в очереди на социальное жилье, и в сентябре женщина наконец получила долгожданную квартиру.

– Когда-то у нас было много друзей, а потом все исчезли, когда беда случилась. В девяностые мы с мужем продали всё и уехали в Аргентину. Потом вернулись по делу, и в это время муж умер, а на руках у меня была дочь с инвалидностью. Я осталась в Павлодаре без поддержки. Мы с дочерью снимали жилье, а когда и ее не стало, я пришла сюда. Квартиру получила, но сейчас на распутье: пенсия – 140 тысяч тенге, ещё есть кредит – брала его на похороны дочери. А квартира пустая, без мебели. Кого-то попросить, чтобы мне отсюда помогли привезти сумки, – всё в деньги упирается. Теперь я ещё работу ищу. Ну ничего, прорвемся, – говорит Галина Сергеевна.

У каждого своя причина оказаться в этих стенах. Но даже после тяжелых потерь люди находят то, что помогает им держаться, создав своими руками крошечный мир собственной жизни.

– Когда я сюда поступила, мне было 30 лет. Сейчас мне 48. Старожилов у нас здесь много, – улыбается Татьяна Савенкова. – Когда-то я была единственная молодой постоялицей с инвалидностью. Всё думала, чем бы заняться. У меня с детства тяга к рукоделию: шитьё, вязание. Её сначала бабушка привила, потом отличный учитель труда и изобразительного искусства. Здесь я себе свой мирок создала – живу, работаю со своими любимыми коллегами по цеху Тамарой Проскуряковой и Илгамией Миргарифановой. Наша маленькая компания шьет и вяжет взрослым и дому малютки. Детей обеспечиваем теплыми носочками, пинетками. Подарочки все собирают – где-то тёпленькое, где-то вкусненькое. Но я к ним не хожу, потому что сильно расстраиваюсь.

Жизнь в учреждении стараются сделать максимально обычной. Пожилые участвуют в творческих занятиях, ходят к детям в расположенный рядом дом малютки, устраивают для них сценки, дарят вязаные вещи, игрушки. Не забывают здесь и о вере. Посещают постояльцев представители церкви и мечети, поздравляют с религиозными праздниками, читают молитвы.

В конечном счете удобства заключаются не только в кровати, питании или медицинском уходе. Для многих главное – чтобы рядом был человек, с которым можно поговорить. Потому что иногда самое страшное в старости – не болезнь и не отсутствие денег, а остаться одному.

– Я здесь живу 15 лет. По профессии историк-политолог. Инвалид с детства с диагнозом ДЦП. Перенёс несколько операций, занимался спортом: хоккеем, рукопашным боем, штангой, потом троеборьем, гиревым спортом. В 1996 году мы с ребятами организовали литературное общество «Пойма». Оно просуществовало десять лет. Потом я ушел, хуже стал себя чувствовать. Уже будучи здесь, выпустил сборник стихов. У меня есть сестра, мы с ней созваниваемся, но у неё своя жизнь, а у меня своя. Со своей супругой я здесь познакомился – она сюда умирать пришла, – качает головой Вячеслав Егоров. – Была в депрессии – перенесла инсульт, муж бросил. Я ей помог со всем справиться. Она у меня такая красавица, через полгода мы поженились, так что всё хорошо.

Этот дом трудно назвать последним приютом, куда люди приходят доживать свой век. Здесь, как и в любом другом доме, спорят, смеются, влюбляются, вспоминают прошлое, строят планы на завтра и продолжают быть кому-то нужными. Старость не отменяет жизнь. Она просто делает особенно заметным то, что мы порой не замечаем в молодости: человеку нужен человек. И пока в коридорах звучат голоса, в мастерской спицы перебирают нитки, на сцене декламируют стихи, а кто-то продолжает ждать звонка близкого человека, этот дом остается не только местом заботы, но и местом, где жизнь продолжается.